Приветствую Вас Гость | RSS

Юрислингвистика: судебная лингвистическая экспертиза, лингвоконфликтология, юридико-лингвистическая герменевтика

Суббота, 23.09.2017, 19:12
[] [Форум: главная ·] [ На главную страницу конференции ] [Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Конференция 2010 » Юридический текст. Юридическая техника. » Губаева Т.В. Судебный акт как специальный текст
Губаева Т.В. Судебный акт как специальный текст
000Дата: Четверг, 09.12.2010, 14:38 | Сообщение # 1
Группа: Удаленные





Страница обсуждения доклада Тамары Владимировны Губаевой
Судебный акт как специальный текст
 
Татьяна0396Дата: Пятница, 24.12.2010, 18:59 | Сообщение # 2
Группа: Пользователи
Сообщений: 9
Статус: Offline
Уважаемая Тамара Владимировна! С интересом прочитала Вашу статью, содержание которой вызвало у меня несколько вопросов.
1. Насколько при подготовке судебных актов в них отражается собственная позиция судьи? Может ли в судебных актах отражаться сугубо субъективное мнение судьи?
2. Каким образом (с какой точки зрения) оцениваются доводы сторон при подготовке судебного акта? Что включает в себя оценка доводов?
3. Почему, на Ваш взгляд, "целесообразно употреблять предложения средней длины?". И всегда ли это положение соблюдается?
 
TgubaevaДата: Пятница, 24.12.2010, 23:52 | Сообщение # 3
Группа: Пользователи
Сообщений: 160
Статус: Offline
Уважаемая Татьяна Павловна!
Благодарю за внимание. Не могли бы Вы уточнить, что Вы подразумеваете под "собственной позицией" и "субъективным мнением" судьи? Не совсем Вас поняла, но попробую ответить. Может быть, будет удобнее,если разделю посты. Итак,
1. Судья как носитель независимой судебной власти всегда формулирует именно свою собственную позицию, к этому его обязывает закон, вот дословно текст первой части 17-й статьи УПК РФ:
Судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.
Аналогичные положения есть и в других процессуальных законах. То есть анализируется конкретная правоприменительная ситуация, сопоставляется с законом, и судья делает самостоятельные, собственные выводы, формулирует собственную позицию. Но это не означает, конечно, что каждый решает так, как ему вздумается. Пределы свободы судейского усмотрения достаточно широки, но в конечом счете все равно ограничиваются конституционными рамками. Практически речь идет о том, что, например, если представить себе гипотетическую ситуацию - вот если двадцать судей получили одно и то же дело, разрешают одну и ту же ситуацию на основании одних и тех же законов - то не будет у этих судей ни одного текстуально одинакового решения и ни один из них не будет вести процесс точь-в-точь в тех же словах, что и все остальные.
Другое дело, что такая вот собственная позиция судьи формулируется им не в его личном творческом качестве, а в статусе носителя государственной власти. Римляне же называли судью "говорящим законом". А при коллегиальном рассмотрении дела судья имеет право на собственное мнение, его называют особым - это когда он по каким-либо причинам не разделяет мнение коллегиального большинства.

Добавлено (24.12.2010, 23:52)
---------------------------------------------
А доводы сторон оцениваются примерно так. Вот возник спор о праве. У каждой из состязающихся сторон - своя "картинка", и они ее стараются как можно точнее довести до суда, аргументируют всякими разными доказательствами и ссылками. Судья же, вникнув в фабулу, в существо спора, определяет, чье право на самом деле нарушено и выбирает способы, как это право защитить, и на этой основе у него складывается его собственная "картинка", ее-то он и излагает в решении. Оценка доводов - это по существу их правовой и логический анализ, проводимый по установленным в законе правилам.
О предложениях средней длины - они просто наиболее читабельны. При изложении вопросов факта это можно и нужно, а вот при изложении вопросов права получается не всегда. Мне кажется, здесь можно рекомендовать такой, например, облегчающий восприятие прием: особо сложное предложение, громоздкое, если по смыслу его не удается разделить на более простые конструкции, можно записывать в несколько абзацев, начиная каждый со строчной буквы.

Сообщение отредактировал Tgubaeva - Пятница, 24.12.2010, 23:37
 
olgaaДата: Воскресенье, 26.12.2010, 17:03 | Сообщение # 4
Группа: Пользователи
Сообщений: 6
Статус: Offline
Уважаемая Тамара Владимировна! У меня возник следующий вопрос в связи с ранее заданным: насколько судья как субъект дискурса связан институциональными "оковами", может ли он реально пренебречь установками судейского сообщества и выразить в судебном решении точку зрения, несовместимую с принятой в его профессиональном окружении позицией. Ведь сложившуюся судебную практику никто не отменял. Как можно соотнести свободу судьи при написании судебного решения и особого мнения? Ольга Александровна.

Сообщение отредактировал olgaa - Воскресенье, 26.12.2010, 17:05
 
TgubaevaДата: Воскресенье, 26.12.2010, 17:57 | Сообщение # 5
Группа: Пользователи
Сообщений: 160
Статус: Offline
Уважаемая Ольга Александровна! Если последовательно придерживаться принципа независимости судебной власти, то у судьи нет иных институциональных "оков", кроме закона и тех разъяснений высших судов, которые они, в силу конституционной обязанности (это статьи 126 и 127 Конституции РФ), дают по вопросам судебной практики. Кроме того, в обязательном порядке должны учитываться позиции Конституционного Суда РФ - он дает конституционное истолкование многих норм и позиции Евросуда, содержащие опять же обязательное толкование норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. Вся остальная судебная практика обязательной, то есть институциональными "оковами", не является. Судья решает дело по собственному свободному усмотрению, на основе закона и совести, других "оков" у него нет - или не должно быть, если в идеале. Увы, на практике всё это слишком сложно, особенно - с точки зрения мотивировки, обоснования решения. Вообще составление решения считается самой трудной частью работы судьи... Гораздо проще и быстрее, чем глубоко задумываться самому, попросту скопировать позицию вышестоящего суда, хотя она и не была сформулирована на уровне разъяснений пленумов, а просто была выражена в ходе рассмотрения какого-то одного конкретного дела той же самой категории. Тут сразу "два зайца" убиты получаются: и самому удобнее, и гарантия есть, что решение устоит в высшей инстанции - ведь позиция точно такая же, не отменят. В идеале так быть не должно. Правда, сейчас многие считают судебный прецедент источником права, но к числу сторонников такой точки зрения не отношусь, ведь в законах наших об этом пока ничего не говорится.

Добавлено (26.12.2010, 17:57)
---------------------------------------------
Ольга Александровна, подумала-подумала, да и решила "запостить" сюда довольно объемную цитату, на мой взгляд, здесь хорошо сказано про "укрывание за авторитет судебных решений." Итак, классика русского правоведения, Г.Ф.Шершеневич, 1893 год:
Вместо научной теории практики определяют свою деятельность как бы самостоятельными началами судебной практики. Что знание одних законов недостаточно – это понимает каждый практик в силу того обстоятельства, что по многим вопросам закон или вовсе молчит или дает противоречивые постановления. Но этот ощутительный недостаток практики восполняется не теорией, способной привести его благодаря пониманию системы и умению толковать к правильному взгляду, но к кассационным решениям, т.е. к прецедентам судебной практики, выработанной высшей судебной инстанцией. Авторитет кассационных решений основывается, очевидно, не на силе прецедента, как в Англии, потому что тогда имели бы значение решения других окружных судов и палат, но исключительно на иерархическом отношении низших инстанций к высшим. Судебная практика рабски ловит каждое замечание кассационного департамента, старается согласовать свою деятельность со взглядом сената. Эта масса решений, нарастающая с каждым годом все крепче и крепче, опутывает наш суд, который, как лев, запутавшийся в сетях, бессильно подчиняется своей участи, отказывается от борьбы и живет разумом высшей судебной инстанции. В настоящее время вся задача практика заключается в том, чтобы подыскать кассационное решение на данный случай. Борьба перед судом ведется не силой логики, не знанием соотношения конструкции института и системы права, не искусством тонкого толкования законов, а исключительно ссылкой на кассационные решения. Печальную картину представляют теперь судебные заседания, где мы видим как адвокаты поражают друг друга кассационными решениями и где торжествует тот, кто нашел наиболее подходящее и притом позднейшее. Еще более печальное явление составляют судебные решения, где мы не находим юридических мотивов и соображений, а только указание номеров решений. В тех несчастных случаях, когда сенат не успел дать ответа, стороны и суд решают дело просто по совести, к кому душа более тянет. Углубившись в этот непроницаемый лес решений, практика не видит света. Авторитет кассационных решений отучил наших практиков от самостоятельного мышления, от собственного юридического анализа. Ум обленился и рука невольно тянется к лежащему на столе Боровиковскому, как только перед глазами дело, прямо не разрешенное законом. Раз сложившиеся отношения крепко стягивают всех, и каждый новый пришелец в судебном мире должен непременно ему подчиниться. Представим, что еще свежий человек вступает на свое адвокатское поприще в полном научном вооружении. К чему оно ему пригодится? Самые тонкие исторические, систематические изъяснения закона бессильны против кассационного решения, которым владеет его противник. Такой «ученый» практик рискует, что будет остановлен председательским замечанием, что суду известны законы, тогда как его противнику суд будет очень благодарен за указание номера и года решения. Можно ли ожидать, чтобы начинающие практики сохранили в себе надолго веру в науку, которой авторитет топчется в каждом заседании. Правда, суд, отказываясь от советов науки и самостоятельного мышления, унижает авторитет суда в глазах всего общества, которое все более убеждается, что суд является только механическим исполнителем воли сената и что выигрыш или проигрыш дела зависит от степени соответствия его с кассационными решениями.

 
olgaaДата: Воскресенье, 26.12.2010, 18:41 | Сообщение # 6
Группа: Пользователи
Сообщений: 6
Статус: Offline
Тамара Владимировна! Спасибо за столь яркую, как нельзя более уместную цитату и подробный ответ. Я как раз и имела в виду под "институциональными оковами" связанность судьи судебной практикой. А если рассматривать с языковой точки зрения , то и разного рода речевыми формулами, композиционными предписаниями, что также ограничивает свободу его дискурсивной деятельности.
 
TgubaevaДата: Воскресенье, 26.12.2010, 19:04 | Сообщение # 7
Группа: Пользователи
Сообщений: 160
Статус: Offline
Ольга Александровна, там много довольно развернутых клишированных форм, композииция тоже задана законом, но это все и функционально, и стилистически оправдано, мне кажется. И в конечном итоге получается не столько собственно ограничением, сколько жестким "склетом", опорой свободного изъяснения профессиональных мыслей. Ну вроде как в том случае, когда мы распутываем сети: для удобства нам надо "вбить колышки", чтобы "навесить" распутанное, не скомкать снова smile

Сообщение отредактировал Tgubaeva - Воскресенье, 26.12.2010, 19:05
 
Форум » Конференция 2010 » Юридический текст. Юридическая техника. » Губаева Т.В. Судебный акт как специальный текст
Страница 1 из 11
Поиск: