Приветствую Вас Гость | RSS

Юрислингвистика: судебная лингвистическая экспертиза, лингвоконфликтология, юридико-лингвистическая герменевтика

Среда, 23.08.2017, 01:28

2. ОБЪЕКТ, ПРЕДМЕТ И МЕТОДЫ КОМПЛЕКСНОЙ

ПСИХОЛОГО-ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ

СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

 

Назначение в судебной практике комплексной психолого-лингвистической экспертизы устных и письменных текстов позволяет избежать одностороннего и необъективного изучения свойств представленных объектов (аудио- и видеозаписей разговоров, письменных текстов СМИ и массовой коммуникации, протоколов допроса/опроса и т.п.) (Трошина, 1990; Желтухина, 2003). Комплексный подход в экспертной деятельности реализует заключение, которое по форме и содержанию может отвечать основным экспертным критериям ясности, полноты и достоверности.

Поскольку устная и письменная речь является продуктом психической деятельности человека, не вызывает сомнения то, что текст должен рассматриваться на стыке лингвистики, психолингвистики и лингвопсихологии, психологии. Психолингвистика, будучи разделом языкознания, занимается анализом процессов и продуктов восприятия и продуцирования речи, включая экспериментальное исследование психологической деятельности субъекта по усвоению и использованию языка как организованной и автономной системы.

Традиционно в лингвистике и психологии речь понимается как явление, данность, абстракция (средства выразительности, стили, правила, грамматика, стилистика) и как выражение личности, психический процесс, нечто живое (речь и мышление, речь и сознание). Выполняя важнейшую функцию в формировании и интегрировании сознательного уровня человеческой психики, речь охватывает остальные уровни и выходит за пределы собственно психических форм мозговой деятельности. Восприятие окружающего мира, специфичное для каждой языковой группы, находит отражение в речевой деятельности коллектива и фиксируется в языке в виде концептов, понятий, представлений и мнений, выражаемых в различного рода высказываниях-суждениях. В прагматическом аспекте речевое высказывание рассматривается как единица коммуникации, детерминированной потребностями общения и социально-историческим контекстом функционирования языка. В когнитивной лингвистике речь и речевая деятельность представляют собой вид обработки информации, закодированной языковыми средствами, познавательный процесс (Желтухина, 2003).

Речевое взаимодействие представляет собой постоянный процесс установления соответствия между интересами адресанта и адресата и интересами формирующейся общности, в ходе которого создается пространство речевой коммуникации, имеющее вертикальные (пристройка, доминирование, подчинение), горизонтальные (межличностная дистанция), территориальные и временные измерения, определяющие характер психологического коммуникативного контакта. Исследование воздействия коммуникантов друг на друга связано с установлением его вербальных и невербальных механизмов: «лингвистики лжи» (Вайнрих, 1987), лингвистической, или языковой, демагогии (Шмелев, 1996; Николева, 1988), речевых манипуляций (Баранов, Караулов, 1994; Сентенберг, Карасик, 1993; Китайгородская, Розанова 1995, Доценко, 2000), речевого планирования, контроля (Fowler, Hodge, Kress, Trew, 1979). Это позволяет адресанту ставить цели коммуникации и достигать их наиболее оптимальным способом. Отнесенность речи к сквозным, или интегральным психическим процессам (по Веккеру) позволяет говорить о том, что по речевым проявлениям можно судить о целом ряде личностных (индивидуально-психологических) особенностей.

Тем самым, предметом комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы становится не только и не столько значение (смысловое содержание) текста, но и восприятие данного текста адресатом, а также интенция адресанта, воздействие данного текста на адресата (что зависит, как от содержания, так и от условий представления текста). Из экспертной практики следует, что для установления факта устного оскорбления, унижения чести и достоинства, умаления деловой репутации какого-либо лица, угрозы в адрес кого-либо часто недостаточно только лингвистического исследования вербалики высказывания, не менее важно изучение его невербальных компонентов (интонации, паралингвистических средств), например: интонационно окрашенная инвективная, обсценная лексика может быть воспринята не как оскорбление, угроза, а как выражение восхищения, симпатии.

В психолингвистической судебно-экспертной практике основным предметом анализа становятся лингвистические и паралингвистические параметры продуктов устной или письменной речи, которые позволяют ответить на ряд вопросов следствия, дознания и суда.

Типовые вопросы:

-    Какие основные темы разговоров коммуникантов?

-    Что является предметом и целью разговоров коммуникантов?

-    Какова степень участия коммуникантов в разговоре?

-    Кто из участников является инициатором обсуждения тем, зафиксированных в аудио-/видеозаписи?

-    Могли ли коммуниканты своим участием в разговоре повлиять на его исход? Какие психологические и лингвистические средства для этого используются?

-    Учитывая текст, подтекст, контекст, их лингвистические и паралингвистические параметры, каковы взаимоотношения обвиняемых (ФИО) друг с другом? Могли ли их взаимоотношения повлиять на сложившуюся ситуацию?

-    В каких отношениях находятся между собой участники разговора? Имеются ли признаки зависимого, подчиненного положения кого-либо из участников?

-    Кто из участников разговоров, предоставленных на исследование, имеет властные полномочия в отношении обсуждаемой ситуации?

-    Имеются ли признаки какого-либо психологического воздействия участников разговора друг на друга?

-    Учитывая текст, подтекст, контекст разговора, его паралингвистические параметры, имеются ли в разговоре со стороны со стороны каждого из участников побуждение (намерение) к конкретным действиям по решению проблем, побуждение к совершению конкретных действий? Если да, то каких именно действий и какими фрагментами разговоров это подтверждается?

-    Имеются ли со стороны кого-либо из участников разговоров, предоставленных на исследование, побуждения к совершению каких-либо действий (бездействий), высказанных в адрес другого участника (участников)? Если да, то какие именно и в какой форме?

-    Имеются ли в речевом поведении кого-либо из участников разговора психологические признаки скрываемых обстоятельств, фантазирования и психологические признаки конструирования ложных сообщений? Если да, то какими фрагментами разговоров это подтверждается?

-    Исходя из лингвистических и паралингвистических особенностей предоставленных на исследование разговоров, следует ли, что их участники имеют общие представления о ситуации (приводятся конкретные обстоятельства исследуемой ситуации)?

-    Имеются ли в разговорах между обвиняемыми (ФИО) ссылки на других лиц, имеющих отношение к обсуждаемой ситуации?

               и др.

   Общий метод комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы состоит в определении психологических особенностей речевого поведения коммуникантов на основе исследований формальных и неформальных лингвистических и паралингвистических характеристик устного или письменного текста для воссоздания целостного психологического речевого портрета коммуникантов в связи с поставленными вопросами.


3. СТРУКТУРА КОМПЛЕКСНОЙ ПСИХОЛОГО-ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

 

Структура комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы отражена в активно используемой в экспертной практике авторской методике комплексного психолого-лингвистического анализа аудио- и видеозаписей (Желтухина М.Р., Кисляков В.П.), которая включает в себя три этапа: предтекстовый, текстовый и послетекстовый этапы.

1.      Предтекстовый этап.

На данном этапе производится первоначальные просмотр и прослушивание записей, членение видеоряда на фрагменты, членение аудиоряда на фрагменты, работа с выделенными фрагментами. Основное содержание данного этапа составляют снятие языковых трудностей, которые могли возникнуть при работе с видео- и аудиозаписью, и повторные просмотр и аудирование выделенных фрагментов аудиотекста и видеоряда.

Выполняются следующие виды работы с текстом:

1)      выдвижение гипотез в отношении поставленных перед комиссией вопросов;

2)      определение основных линий развития обсуждаемых событий;

3)      воспроизведение контекстов определенных слов и высказываний;

4)      визуальный и аудиальный анализ видео- и аудиозаписей;

5)      анализ взаимодействия основных участников разговоров.


Перейти на третью страницу