Приветствую Вас Гость | RSS

Юрислингвистика: судебная лингвистическая экспертиза, лингвоконфликтология, юридико-лингвистическая герменевтика

Вторник, 27.06.2017, 13:32
Главная » Статьи » Конференция 2010 » Доклад с обсуждением на сайте

Давыдова М.Л. К вопросу о стиле языка права

Давыдова Марина Леонидовна,

кандидат юридических наук, доцент

зав. кафедрой конституционного и муниципального права Волгоградского государственного университета

 

К вопросу о стиле языка права

Формирование теории юридической техники как относительно самостоятельного научного направления в рамках юриспруденции неразрывно связано с тем исследовательским интересом, который вызывает в настоящее время лингво-юридическая проблематика. О юридической технике в современной литературе говорят с позиций разных подходов, в частности, многие правоведы подразумевают под ней средства подготовки и составления юридических документов. Этот подход (документационный) фактически отождествляет профессиональное мастерство юриста с навыками письменной речи, во многом сводя юридическую технику к юрислингвистике. Противоположный подход (деятельностный) рассматривает юридическую технику как профессиональный инструментарий совершенствования любой юридической деятельности, как связанной, так и не связанной с подготовкой документов. Следует отметить, правда, что и в этом случае лингвистические аспекты занимают весьма существенное место в проблематике теории юридической техники. Более того, сфера применения филологических знаний при таком подходе заметно расширяется, включая в себя вопросы, связанные не только с письменной, но и с устной речью юриста.

Любое правовое явление будь то закон или судебный процесс есть текстовое явление, явление речевой коммуникации[1]. М.М.Бахтин писал, что текст – это первичная данность для лингвистики, филологии, литературоведения, истории, права и вообще всего гуманитарно-философского мышления, он «является той непосредственной действительностью (действительностью мысли и переживаний), из которой только и могут исходить эти дисциплины и это мышление. Где нет текста, там нет и объекта для исследования и мышления»[2]. Текст в данном случае – это то, что когда-либо было артикулировано языком[3].

Своим возникновением, развитием и функционированием право во многом обязано языку. В этой связи не совсем правильно ставит вопрос Т.В.Губаева, когда рассматривает преимущества языкового выражения права по сравнению с иными знаковыми системами[4]. Подобная формулировка создает впечатление, что языковая форма сознательно выбрана кем-то для выражения права. В то время как никакого права вне этой языковой формы не могло бы быть изначально. «Суть изучения роли языка … в том, чтобы рассматривать его в качестве единственного начала самого права. Право живет как в действиях людей, так и в языке, который используется не только для его обозначения: из языка создается оно само, его структура… Право – языковое явление; язык – его плоть и кровь»[5].

Язык права часто рассматривается как древнейший слой языка[6]. Согласно одной из авторитетных гипотез, язык сам по себе с момента своего возникновения выполняет в обществе регулятивную функцию[7]. Именно потребностями регламентации общественных отношений некоторые ученые объясняют возникновение письменной речи[8]. В дальнейшем становление и развитие языка права происходит под влиянием множества факторов, среди которых исследователи называют категориальный строй общественного сознания; особенности правового мировоззрения; состояние правовой системы общества; особенности законотворческой деятельности[9]. Тесная связь этапов развития юридического языка с процессом формирования правовой системы прослеживается на всем протяжении мировой юридической истории[10].

Безусловно, необходимо добавить в этот перечень факторов национальный язык, а также все исторические особенности и этапы его формирования. Являясь продуктом развития естественного языка[11], юридический язык испытывает на себе влияние всех культурологических, цивилизационных и иных факторов, обусловливающих специфику языка естественного.

Развитие языка, появление юридических понятий и категорий, выработка навыков формулирования и интерпретации правовых велений, фиксации их в определенных знаковых системах характеризуют и историю формирования юридической техники. В рамках теории юридической техники проблемы происхождения, сущности, внутреннего строения языка права представляют интерес не столько в фундаментальном, сколько в прикладном смысле – как основание для построения системы языковых средств юридической техники, т.е. тех средств, уровень владения которыми обеспечивает совершенство юридической деятельности.

Строение языка права может быть рассмотрено как минимум в двух аспектах. Очень условно можем назвать их вертикальным и горизонтальным.

Первый предполагает анализ иерархии языковых единиц, образующих «материю» юридического языка. Изучение этих единиц с необходимостью должно базироваться на данных филологической науки, в частности, на представлении о лингвистических уровнях. Синтаксическая (вертикальная) структура языка права представляет собой иерархию трех основных уровней языковых единиц: слово, предложение, сложное синтаксическое целое, которым, если переходить на терминологию теории права, соответствуют понятия «юридический термин», «нормативно-правовое предписание», «ассоциация нормативных предписаний». Указанная связь, естественно, является условной. Далеко не все слова, используемые в тексте закона, могут считаться юридическими терминами; возможны случаи, когда предписание выражается не целым предложением, а его частью. Однако общая логика структурного построения юридического текста прослеживается здесь достаточно явно. Причем по мере укрупнения языковых единиц влияние на них интралингвистических факторов уменьшается пропорционально усилению значения экстралингвистических. На уровне слова преобладает языковая специфика, поэтому построение терминосистемы права в большей мере обусловлено закономерностями общего учения о терминах и лишь частично – собственно правовыми. Специфика нормативно-правового предписания заключается в том, что в нем неразделимы содержание и форма права, властное веление и предложение, его выражающее[12], поэтому природа и логика функционирования предписания в равной мере обусловлены языковыми и юридическими (в том числе, технико-юридическими) правилами. На уровне выше предложения-предписания (статья нормативного акта и более крупные его структурные части) содержание правил и приемов юридической техники уже в значительно меньшей степени учитывает филологические особенности, руководствуясь, в первую очередь, юридической логикой.

Второй аспект исследования структуры языка права учитывает возможные сферы его приложения и, соответственно, специфику функционирования в той или иной сфере. В качестве теоретической основы построения такой функциональной структуры выступают знания о структуре правовой системы и уровнях существования самого права. Юридический язык обслуживает все сферы существования права, образуя при этом несколько тесно взаимосвязанных между собой срезов или элементов.

А.Н.Шепелев выделяет в структуре юридического языка следующие элементы: 1) язык закона, 2) язык правовой доктрины, 3) профессиональная речь юристов, 4) язык процессуальных актов, 5) язык договоров[13]. Н.Д.Голев называет четыре сферы «пересечения» языка и права: язык как объект правового регулирования, язык как средство законодательной деятельности, язык как средство правоприменительной деятельности, язык как средство юридической науки[14].

Л.А.Морозова и Т.Д.Зражевская в разработанной ими программе спецкурса «Язык и право» выделяют следующие разделы (соответствующие, вероятно, сферам существования юридического языка): язык правотворчества (закона, ведомственных, локальных актов), язык правоприменительной практики, технико-языковые средства распространения правовой информации (устное выступление в суде, компьютерные средства распространения информации), язык справочной, научной, учебной юридической литературы. Кроме этого авторы упоминают (но без выделения соответствующего раздела) государственный язык[15]. Действительно, государственный язык вряд ли может быть выделен в качестве особой сферы существования языка права, он представляет собой лишь своеобразную сферу правового регулирования.

Подобные классификации можно обнаружить не только в отечественных источниках. Так, В.Отто выделяет следующие «слои» юридического языка: язык законов; язык судебных решений; язык юридической науки и экспертиз; язык ведомственного письменного общения; административный жаргон[16]. Сандрини говорит о трех типах юридических текстов, функционирующих в различных сферах: правотворчество (договоры, уставы); осуществление правосудия (судебные решения, показания, экспертизы, иски и т.д.); административные тексты (ведомственный язык и язык ведомственной корреспонденции)[17].

По нашему мнению, к выделению соответствующих языковых срезов можно подходить, руководствуясь двумя различными критериями.

В качестве первого критерия могут выступать уровни правовой системы: нормативный, деятельностный, идеологический. В соответствии с этим можно говорить о трех сферах функционирования языка права:

1) язык нормативно-правовых актов,

2) язык правоприменительной, а также договорной и иной (правореализационной, частно-правовой) практики,

3) язык правовой доктрины.

Вторым возможным критерием являются стилистические особенности языка, функционирующего в той или иной сфере. Если язык нормативно-правовых актов характеризуется определенным стилистическим единством, то вторая группа неизбежно распадается на язык документов (составляемых как государственными органами, так и частными лицами), а также устную речь юристов.

 ПЕРЕЙТИ НА ВТОРУЮ СТРАНИЦУ

 

 


[1] Александров А.С. Язык уголовного судопроизводства. Автореф. дисс. … докт. юрид. наук. Н.Новгород, 2003. С. 12.

[2] Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 281.

[3] Александров А.С. Юридическая техника – судебная лингвистика – грамматика права // Проблемы юридической техники / Под ред. В.М.Баранова. Н.Новгород, 2000. С. 105; он же Судебная лингвистика // Право: сборник учебных программ. М., 2001. С. 88.

[4] Губаева Т.В. Язык и право. М., 2004. С. 9-10.

[5] Голев Н.Д. О специфике языка права в системе общенародного русского языка и ее юридического функционирования // Ирбис. Сервер электронных публикаций ММЦ АГУ // <http://irbis.asu.ru/mmc/juris5/4.ru.shtml> (22 декабря 2008 г.)

[6] Ушаков А.А. Избранное: Очерки советской законодательной стилистики. Право и язык. М., 2008. С. 167.

[7] «Язык – это заместитель ритуала в промежутках между его выполнением… Язык моделирует общественную структуру группы в пространстве и во времени…» (Пигалев А.И. Культурология. Волгоград, 1999. С. 40-53.).

[8] Солганик Г.Я. Стилистика текста. М., 2001. С. 173.

[9] Шепелев А.Н. Язык права как самостоятельный функциональный стиль. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Н.Новгород, 2002. С. 14.

[10] См., напр.: Благова Н.Г. Становление русской юридической терминологии в начальный период формирования национального языка. Автореф. дисс. … докт. филологич. наук. СПб., 2002. С. 6-7; Лыкова Н.Н. Генезис языка права: начальный этап (на материале французских и русских документов X-XV веков). Тюмень: Изд-во Тюмен. ун-та, 2005. С. 8-12; Раскин Д.И. Юридическая техника в контексте вспомогательных исторических дисциплин // Юридическая техника: вопросы теории и истории. Материалы межвузовской научно-технической конференции. Санкт-Петербург, 17 июня 2005 г. / Под общ. ред. Д.И.Луковской. СПб., 2005. С. 70-71; Тупикова Н.А. Культура речи публичного выступления в Древней Руси // Статус стилистики в современном языкознании: тезисы докладов. Пермь, 1990. С. 175-176 и др.

[11] Следует подчеркнуть, что связь эта далеко не односторонняя, и юридический язык, в свою очередь, оказывает значительное влияние на язык естественный. Об этом см., напр.: Голев Н.Д. Юридизация естественного языка как лингвистическая проблема // Юрислингвистика-2: русский язык в его естественном и юридическом бытии. Барнаул, 2000.  С. 8-22.

[12] См.: Давыдова М.Л. Нормативно-правовое предписание. Природа, типология, технико-юридическое оформление. СПб., 2009. С. 39-45.

[13] Шепелев А.Н. Язык права как самостоятельный функциональный стиль. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Н.Новгород, 2002. С. 14.

[14] Голев Н.Д. О специфике языка права в системе общенародного русского языка и ее юридического функционирования.

[15] Морозова Л.А., Зражевская Т.Д. Язык и право // Право: сборник учебных программ. М., 2001. С. 108-114.

[16] Мущинина М.М. О правовой лингвистике в Германии и Австрии // Юрислигвистика-5: юридические аспекты языка и лингвистические аспекты права / отв. ред.Н.Д. Голев. – Барнаул, 2004. С. 23.

[17] Там же.

Категория: Доклад с обсуждением на сайте | Добавил: ml (02.12.2010)
Просмотров: 3962 | Рейтинг: 5.0/2