Приветствую Вас Гость | RSS

Юрислингвистика: судебная лингвистическая экспертиза, лингвоконфликтология, юридико-лингвистическая герменевтика

Четверг, 24.08.2017, 04:15
Главная » Статьи » Конференция 2010 » Доклад с обсуждением на сайте

Бодров Н.Ф. Юридико-лингвистическая неопределенность новаций современного законодательства

Бодров Николай Филиппович

Аспирант кафедры судебных экспертиз

МГЮА им. О.Е. Кутафина

Юридико-лингвистическая неопределенность новаций современного законодательства

К сожалению, российский законодатель, принимая новые, изменяя действующие нормативные акты, порой не только не учитывает характер и специфику правоотношений, которые этими актами регулируются, но и создает весьма неоднозначные, неэффективные правовые тексты. В статье мы предпримем попытку рассмотреть сложившуюся ситуацию с позиций правовой лингвистики.

24 сентября 2010 года Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации приняла в третьем чтении Федеральный закон от 04.10.2010 N 259-ФЗ "О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее «Закон о внесении изменений»). Согласно пункту 2 Закона о внесении изменений, первый абзац статьи 1273 Гражданского кодекса Российской Федерации «Свободное воспроизведение произведения в личных целях» излагается в следующей редакции:

"Допускается без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты вознаграждения воспроизведение гражданином при необходимости и исключительно в личных целях правомерно обнародованного произведения…"

Напомним, что, согласно прежнему варианту статьи, гражданин может не выплачивать вознаграждение авторам и правообладателям, если воспроизводит произведение в личных целях. Принятая поправка устанавливает, что гражданин вправе это делать только "в случае необходимости".

Наше внимание привлекло к себе понятие "необходимости", точнее, отсутствие его определения, как в ГК РФ, так и в целом ряде других нормативных правовых актов.

Вводя это понятие в 4 часть ГК РФ, законодатель, очевидно, задался целью урегулирования проблем авторских прав в глобальной сети Интернет. Однако поправки, касающиеся прав на результаты интеллектуальной деятельности в сети должны учитывать специфику их последующего применения на практике и быть не просто понятными, но их смысловое содержание должно однозначно актуализироваться в процессе правоприменения.

Определения "необходимости" ГК РФ не содержит. Не закреплено оно и в других нормативных актах. В то же время анализ положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях позволяет обнаружить определение «крайней необходимости - действия в целях устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред». В данном словосочетании необходимость определяется как характеристика действия, предотвращающего неустранимый иными способами вред. 

В юридических дефинициях «предметы первой необходимости», «необходимый социальный набор», «необходимая численность работников» явно прослеживается сема «обеспечение». К примеру, необходимый социальный набор должен обеспечивать жизнедеятельность человека; необходимое количество работников обеспечивает эффективную и качественную работу. Очевидно, что определить разнообразие нужд, которые в каждом конкретном случае требуются обеспечения личных целей, в существующей редакции статья 1273 ГК РФ не может.

Значение понятия «необходимости» не актуализируется ни в контексте статьи 1273 ГК РФ ни в корпусе текстов нормативных правовых актов российского законодательства.

В Толковый словарь русского языка Ожегова С.И. Шведовой Н.Ю. необходимость толкуются через «надобность, потребность»[1]. Данное значение иллюстрируется примером «предметы первой необходимости (самые необходимые для жизни)». Надобность толкуется как состояние, при котором требуется что-нибудь, не хватает чего-нибудь, трудно обойтись без чего-нибудь. Потребность - нужда в чём-нибудь, требующая удовлетворения. В таком значении необходимость рассматривается как полезное качество объекта, его способность удовлетворять потребности, ценность. Данное определение не отражает специфики правового регулирования, целью которой должно быть обоснование важности мотивов использования объекта авторского права.

Современный толковый словарь русского языка. Т. Ф. Ефремовой отсылает нас к прилагательному мужского рода единственного числа, определяя слово необходимый, как тот, который «следует иметь, без которого трудно или невозможно обойтись; очень нужный»[2]. Толковый словарь русского языка Д. Н. Ушакова так же содержит помету «отвлеченное существительное» и отсылает к значениям прилагательного необходимый[3]:

«1. Такой, без которого нельзя обойтись; очень нужный. Необходимый работник. Необходимые пособия. 2. Обязательный, неизбежный. Сделать все необходимые выводы. Необходимая оборона (юр.). 3. Безличная форма глагола, в значении сказуемого, необходимо, с инфинитивом. Очень нужно, совершенно обязательно».

Определение, воспроизведения при необходимости как «использование произведения без которого достижение личных целей невозможно; использование данного произведения является неотъемлемым, обязательным этапом какого-либо процесса» (например, использование литературного произведения для подготовки к экзамену) более точно соответствует юридической специфике необходимости, однако требует анализа не только с точки зрения толкования, но и с целью уяснения практической ценности изменений, внесенных в текст статьи 1273 ГК РФ.

Формулировка закона и, тем более, изменений, вносимых в уже существующий закон, должна однозначно пониматься в процессе правоприменения. Право лишь тогда выполняет свою социальную функцию регулятора общественных отношений, когда осуществляется в реальной действительности. Жизнь норм права заключается не только и не столько в их наличии, сколько в функционировании, реализации.

Наиболее абстрактное толкование необходимости, через понятие надобности не содержит смысловой компоненты, изменяющей содержание статьи 1273 ГК РФ. В случае толкования необходимости как обязательности, неизбежности использования произведения в личных целях, на практике может вызвать проблему обоснования воспроизведения одного конкретного произведения, а не другого.

Актуальными данные изменения являются для пользователей глобальной сети Интернет. Согласно пункту 1 части второй статьи 1270 «запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, считается воспроизведением, кроме случая, когда такая запись является временной и составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование записи или правомерное доведение произведения до всеобщего сведения». Не углубляясь в технические подробности работы современных программ для просмотра веб-сайтов (браузеры), напомним, что просмотр страниц в интернете происходит путем загрузки данных в память компьютера. Англоязычное определение браузера в данном случае более точно отражает особенности его функционирования: «A web browser or Internet browser is a software application for retrieving, presenting, and traversing information resources on the World Wide Web». Одно из значений глагола «to retrieve» в переводе с английского «извлекать»[4].

Просмотр страниц в Интернете, осуществляемый посредством загрузки - неотъемлемой частью технологии, таким образом, является воспроизведением, и, следовательно, должен осуществляться только при необходимости и исключительно в личных целях. Как известно, веб-страница, зачастую, содержит не только результаты конкретных запросов, но и изображения, тексты, другие объекты авторского права, не являющиеся искомой для пользователя информацией. Однако загружаться такие объекты будут в составе всей страницы. Иными словами, пользователь не может точно знать, что находится на открываемой странице, прежде чем загрузит ее содержимое. Важной особенностью является то, что пользователь может даже и не знать всех тонкостей данной технологии, но незнание закона, как известно, не освобождает от ответственности.

Помимо пользователей глобальной сети Интернет, нарушать закон в соответствии с рассматриваемыми новациями, будут и библиотеки. Осуществляя доступ к литературным произведениям, они должны будут убедиться в необходимости использования произведения каждым конкретным читателем.

"Использование неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера" в юридической сфере рассматривается и как дефект правовой нормы и, в узком смысле, как коррупциогенный фактор. То есть, дефект, способствующий совершению коррупционных правонарушений, маскирующихся за счет возможности избирательного применения или неприменения правовых норм, отсутствия системы их реализации и др.

На практике вопрос разъяснения нормы решается путем вынесения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, который дает разъяснения судам по вопросам судебной практики. «Мы надеемся, что в будущем по применению норм законопроекта будет сформирована сбалансированная судебная практика, а совершенствование законодательства об авторских правах активно продолжится в русле разграничения ответственности в сети за правонарушения в отношении объектов интеллектуальной собственности», - говорится в пресс-релизе «Яндекса».

На наш взгляд, такой подход неприемлем. Главным образом потому, что:

Во-первых, нет необходимости принимать изменения, смысл которых настолько неоднозначен, что для их применения необходима еще одна процедура.

Во-вторых, возникает конфликт с принципом разделения властей. Суд как орган судебной власти, толкуя закон, по сути, выполняет функции законодательной власти. Такие ситуации возникают, когда правоприменитель сталкивается с неоднозначностью правовой нормы. Подобные корректировки нормы, по своей сути, направлены не на внесение изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а на внесение неоднозначности понимания его норм.

В-третьих, надеясь на последующее разъяснение измененний, законодатель допускает возможность исключения правоотношений из поля законодательной регламентации не только на момент вступления его в законную силу, но и на неопределенное время до момента его истолкования.

В-четвертых, подобные изменения противоречат антикоррупционной политике реформирования законодательства. В частности, современная Методика проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов[5] включает в числе коррупциогенных факторов «юридико-лингвистическую неопределенность - употребление неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера[6]».

Развивая вышесказанное можно с уверенностью полагать, что употребление «неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера» на практике, в свою очередь, вызовет «выборочное изменение объема прав - возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц)»[7].

В-пятых, правоприменительная практика, формируясь в условиях законодательной неопределенности, в реальности выразится в принятии неправомерных судебных решений о привлечении к ответственности конкретных лиц. Иными словами, будет проходить «апробация» неоднозначно толкуемого положения закона.

Анализ подобного рода новаций российского законодательства приводит к постановке вопроса о том, возможно ли формулирование правовых терминов без учета их смыслового содержания и прагматического аспекта. Очевидно, что на это вопрос следует ответить отрицательно.



[1] См.: Ожегов С.И. Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка М., 1992.

[2] См.: Ефремова Т. Ф. Современный толковый словарь русского языка. В 3 томах. Том 2. М-П

[3] См.: Толковый словарь русского языка Д. Н. Ушакова, АСТ, Астрель, Москва, 2000.

[4] Англо-русский словарь по вычислительной технике и программированию (The English-Russian Dictionary of Computer Science): - 8-е изд., испр. и доп. ABBYY Ltd, Масловский Е. К., 2008.

[5] Постановление Правительства РФ от 26 февраля 2010 г. № 96 «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов».

[6] пп. в) п. 4 методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов.

[7] пп. в) п. 3 методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов.

                                                 ПЕРЕЙТИ К ОБСУЖДЕНИЮ

Категория: Доклад с обсуждением на сайте | Добавил: Bodrov (01.12.2010) | Автор: Бодров Николай Филиппович
Просмотров: 3291 | Теги: новации, ГК РФ, 1273, Необходимость | Рейтинг: 0.0/0