Приветствую Вас Гость | RSS

Юрислингвистика: судебная лингвистическая экспертиза, лингвоконфликтология, юридико-лингвистическая герменевтика

Суббота, 24.06.2017, 16:48
Главная » Статьи » Конференция 2012 » Доклад с обсуждением на сайте

Голиков Л.М. СЕМИОТИКА ЭКСТРЕМИСТСКОГО ТЕКСТА

Л.М. Голиков[1]

 

Семиотика экстремистского текста

 

Аннотация. В статье приводится описание наиболее общих семиотических признаков видеоматериалов экстремистского характера, функционирующих в социальной сети «ВКонтакте».

 

The article describes the most typical semiotic features of extremist video functioning in the social net "VKontacte”.

 

Ключевые слова: семиотика, креолизованный текст, экстремизм, судебная лингвистическая экспертиза.

 

 

«Величайшим феноменом всемирной паутины является образование сетевых сообществ и социальных сетей» гласит один из образовательных порталов [openclass.ru]. Они прочно и, вероятно, надолго вошли в нашу жизнь, став ее неотъемлемой частью. Для подобных ресурсов уже не существует ни географических, ни социальных преград, они становятся глобальным инструментом массовой коммуникации. Виртуальность, потенциальная публичность, анонимность, порожденная дистантностью общения, сниженная вероятность психоэмоционального и социального ущерба, чувство безнаказанности, следовательно, разрушение речевой, этической, юридической нормативности – вот те особенности, которые присущи общению в социальных сетях. И это именно те особенности, которые делают продукты подобного общения потенциально конфликтными.

Потенциально конфликтными являются различного рода знаковые материалы, посвященные вопросам отношений различных этносов, рас, конфессий, социальных групп и т.п., которые возможно воспринимать как развернутую во времени речевую деятельность человека, направленную на личного или социального адресата, обладающую этической и истинностной оценкой [Логический анализ языка, 1994, с. 3-5]. Подобный подход позволяет  квалифицировать данную деятельность как регулируемую законом. В перечне действий, которые законодательство определяет экстремистскими, выделяются действия, осуществляемые именно в процессе коммуникации: публичное оправдание терроризма; возбуждение социальной, национальной или религиозной розни; пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека в зависимости от его принадлежности к определенному этносу, расе, от его вероисповедания, от его родного языка; публичные призывы, провоцирующие рознь и ненависть,  призывы к насилию [Федеральный закон].

В данной статье мы попытаемся дать общее описание видеоматериалам экстремистского характера, функционирующим в социальной сети «ВКонтакте», которые в большинстве своем представляют собой сложную систему языковых (звучащая и письменная речь), визуальных (статические и динамические изображения), аудиальных (музыкальное сопровождение) знаков. Следуя семиотической традиции, подобный феномен как осмысленную последовательность знаков разного рода мы называем текстом (далее – экстремистский текст), обладающим всеми необходимыми признаками креолизованного текста: синтетический операторный способ (ориентация на зрительное и слуховое восприятие), особая сфера функционирования (оценивается при восприятии как общественно и политически значимая деятельность[2]), синтетический тип функционирования (пространственная и временная протяженность, изобразительность, непрерывность, виртуальная расположенность на плоскости и в пространстве).

Для объективного описания необходимо учитывать три уровня подобной знаковой организации:  1) синтактика как соотношение знаков разных систем в пространстве текста и временной последовательности; 2) семантика как соотношение материальной стороны знаков с пропозициональным содержанием текста; 3) прагматика как соотношение между текстом и его коммуникативными установками.

Синтаксический уровень экстремистского текста определяется особой последовательностью множества элементов восприятия, имеющих разный иерархический статус. Синтаксическая иерархия выстраивается в зависимости от особенностей восприятия того или иного типа знака, а именно от степени однозначности и объективности интерпретации. При подобном подходе знаки-символы, преимущественно языковые, являются организующими текстовое пространство как единое целое. Данную функцию прежде всего выполняет вербальный заголовок видеоматериала, редко – заголовок реализуется с помощью графических (например, ) или  цифирных символов (например, 14/88).  Кроме того функция текстообразования присуща авторским комментариям, включенным в структуру экстремистского текста. Например, к видеоролику «Waffen SS», демонстрирующему сцены убийств, в том числе массовых, лиц еврейской национальности, адресант дает комментарий «Подобные действия надо применять к каждому 5 жителю нашей страны, от быдло и моральных уродов нужно избавляться !!!!!!», другого вербального материала на русском языке данный экстремистский текст не содержит.

В условиях коммуникации в социальной сети «ВКонтакте» и заголовок, и авторский комментарий пространственно обрамляют видеоряд и сопровождают текст все время его реализации, сужая набор возможных интерпретаций экстремистского текста.

Вербальные и графические символы в структуре экстремистского текста определяют синтаксические отношения между знаками разных уровней, подчиняя себе иконические знаки, систему музыкальных символов, которые преимущественно выступают в функции признаков и детерминантов, определяя обозначаемые объекты, условия, способы и характер протекания процессов. Однако говорить о синтагматике знаков разнородных систем мы не можем. Вербальные элементы, изображения и музыкальные звуки не выстраивают между собой линейные связи и отношения, а образуют синтаксические уровни, зависимые друг от друга в полноте своей смысловой реализации. Например, речевой акт призыва «Рази врагов, наш русский меч!», функционирующий в тексте песни (видеоматериал «Скинхеды действуют»), получает конкретизацию адресата и адресанта призыва, также уточнение характера требуемого действия с помощью визуальных знаков:


Семантический уровень экстремистского текста организуется оппозицией, основанной на негативно окрашенном контрасте. Так называемый язык вражды (от англ. hate speech) в своем логическом плане подчеркивает идею противопоставления, различия, и эта идея характеризуется как непримиримая. Контрастивность всегда заключается в противопоставлении на уровне идентификации («Свой» - «Чужой») и на уровне реакции («Хороший» - «Плохой»). Данные содержательные уровни в языке сливаются, образуя единый оценочный образ «Идеал» - «Враг».

Оценка пропозиционального содержания экстремистского текста заключается в выявлении актантов (участников оппозиции) и рядов их предикатов. Набор типичных актантов достаточно ограничен. Прежде всего, это «националист»[3] (скинхед, патриот, русский и т.п.) и его «идеологический враг» (антифашист, анархист, представитель иной национальности по отношению к русской национальности, представитель иной расы по отношению к белой расе, представитель иной конфессии по отношению к православию, мигранты и т.п.). Данные актанты имеют ряд типичных предикатов:

1) националист – защищает «белый мир», Россию, русских, своих близких и родных, лиц женского пола разных возрастов; погибает от рук идеологических врагов; уничтожает, прогоняет идеологических врагов; готовится к борьбе с идеологическими врагами (тренируется, занимается спортом, не употребляет алкоголь); одобряет националистическую идеологию; не приемлет  толерантность, анархизм, антифашизм и т.п.;

2) идеологический враг националиста – захватывает (оккупирует) «белый мир», Россию; объявляет джихад «белому миру», России, русским; совершает преступления, в том числе убийства и изнасилования, в отношении русских, близких и родных националиста, лиц женского пола разных возрастов; является неполноценным по своим физическим и моральным качествам; имеет неполноценное потомство; является причиной бедствий России, русских; исповедует ислам; исповедует иудаизм; одобряет толерантность, анархизм, антифашизм; не приемлет националистическую идеологию и т.п. При этом в экстремистском тексте фиксированной идентификации перечисленных актантов с образом идеала или врага не существует: и идеалом, и врагом могут быть и «националист», и «идеологический враг националиста».

Возможны также вариации оппозиции «Идеал» - «Враг» с участием иных актантов. Например, в видеоматериалах «Армянские военнопленные», «Азербайджанцы чмырят хачей», «Azeri VS. Arm»  в статусе идеала функционирует представитель азербайджанской национальности,  в статусе врага – представитель армянской национальности, при этом они имеют особый набор предикатов.

Прагматика экстремистского текста в условиях коммуникации социальной сети «ВКонтакте» характеризуется рядом особенностей.

Прежде всего, это особый статус коммуникации, который можно определить как общественно-политический. Участники коммуникации осмысляются как политические субъекты, носители и распространители определенной общественно значимой идеологии. Логическое содержание экстремистского текста представляется коммуникативным субъектам необходимым для достижения их идеологического идеала, а создание, реализация и дальнейшее функционирование экстремистского текста – часть общественно значимой деятельности, необходимой для достижения их идеологического идеала.

Экстремистские тексты, функционирующие в сети «Вконтакте», несут публичный коммуникативный характер, т.к. рассчитаны не на конкретную аудиторию, способность к восприятию которой не может быть фактически проверена. В данной коммуникации созданы все условия для доведения информации до сведения неопределённого числа лиц, разделяющих, исповедующих определенные политические и общественные взгляды, т.е. существует гипотетическая возможность ознакомления с содержанием материалов других лиц (независимо от их числа), в том числе, и в будущем. Данные характерологические черты определяются как подготовительные условия для успешного функционирования экстремистского текста [Баранов, 2007, с. 419].

Экстремистский текст может преследовать две коммуникативные цели общего характера: 1) принудить адресата выполнить определенные действия (в структуре текста функционируют речевые акты призыва); 2) сформировать определенное внутреннее убеждение адресата (в данном случае реализуются различные убеждающие жанры: характеристика, обоснование, подтверждение, размышление, порицание, - также возможна и угроза). Обе эти цели сопровождаются инвективностью. Оскорбительный характер как на уровне формы, так и на уровне содержания экстремистского текста является необходимым условием для реализации пропозиционального условия его коммуникативной успешности.

Таким образом, мы можем выделить наиболее общие признаки экстремистского текста, необходимые для его экспертной оценки.  Видеоматериал экстремистского характера, функционирующий в социальной сети «ВКонтакте» в рамках публичной общественно-политической коммуникации, воспринимается как инвективный креолизованный текст, который организуется в единое пространство знаками-символами, преимущественно языковыми, обладает многоуровневой синтаксической структурой, пропозициональным содержанием, основанным на оппозиции «Идеал» - «Враг»,  имеет коммуникативное намерение принудить адресата выполнить определенные действия и/или сформировать определенное внутреннее убеждение адресата.

Разумеется, перечисленные характеристики не несут исчерпывающего характера и являются наиболее обобщенными, однако они очерчивают центральную часть видеоматериалов, подвергающихся экспертной оценке.

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

 

Баранов А.Н. Лингвистическая экспертиза текста: теория и практика. – М., 2007.

Логический анализ языка. Язык речевых действий. – М., 1994.

Федеральный закон от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» // КонсультантПлюс.

URL: www.openclass.ru/wiki-pages/31312.

 

 ПЕРЕЙТИ НА СТРАНИЦУ ОБСУЖДЕНИЯ ДОКЛАДА

 



[1] Леонид Михайлович Голиков, кандидат филологических наук старший преподаватель кафедры русского и иностранных языков Вологодского института права и экономики

[2] См. ниже.

[3]Использованные нами обозначения условны.

Категория: Доклад с обсуждением на сайте | Добавил: zang (05.12.2012)
Просмотров: 1227 | Рейтинг: 4.0/3