Приветствую Вас Гость | RSS

Юрислингвистика: судебная лингвистическая экспертиза, лингвоконфликтология, юридико-лингвистическая герменевтика

Четверг, 17.08.2017, 04:52
Главная » Статьи » Конференция 2012 » Доклад с обсуждением на сайте

Стернин И. А. Проблема скрытых смыслов в лингвистической экспертизе
И. А. Стернин
доктор филологических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ,
заведующий кафедрой общего языкознания и стилистики
Воронежского государственного университета

ПРОБЛЕМА СКРЫТЫХ СМЫСЛОВ В ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЕ

Важнейшим аспектом лингвокриминалистического анализа текста является выявление и описание скрытых смыслов в тексте.

Скрытый смысл – это неявный смысл, открывающийся реципиенту текста не сразу, а в результате некоторой мыслительной операции, интерпретации воспринятых им языковых единиц, высказываний, текстовых фрагментов по определенным правилам.

Для описания неявного смысла  высказывания или текста в целом используются термины подтекст, намек, имплицитный смысл, имплицитная информация, второй план, косвенный смысл,  скрытый смысл.

Из этих терминов слово намек представляется нам наименее адекватным для лингвокриминалистического анализа – это скорее нетерминологическое слово, которое  имеет преимущественно бытовой характер и относится к обыденным ситуациям (он намекнул на долг, на что вы намекаете, нахал?, но нельзя сказать – в романе писатель намекает на…). Термин подтекст относится чаще к большим по объему текстам и описывает результат осмысления целого текста (обычно художественного).

Термин скрытый (имплицитный) смысл представляется наиболее удобным для использования в лингвокриминалистике. Это обобщенное понятие, оно относится и к тексту, и к отдельному высказыванию.

Скрытый смысл выражается автором текста с использованием языковых единиц и конструкций, при восприятии которых реципиентом легко реконструируются определенные, регулярно актуализируемые в данной культуре  мыслительные (когнитивные) схемы интерпретации того или иного типа высказываний.

При этом устанавливается содержательная эквивалентность выраженного в тексте эксплицитного (явного) значения языковых единиц и реконструируемого реципиентом скрытого смысла.

Такие ментальные (когнитивные) схемы восприятия, составляющие существенную часть языкового сознания, удобно назвать рецептивными схемами, то есть свойственными сознанию  людей схемами  понимания языковых выражений.

А.Н.Баранов отмечает, что признаком имплицитной (скрытой) информации является «необязательность ее получения при понимании, нестопроцентность ее восстановления слушающим». Режиссер Е.В. Вахтангов следующим образом объяснял смысл феномена «подтекст» своим студентам: «Если кто-нибудь спрашивает у вас, ко­торый час, он этот вопрос может задавать при различных обстоятель­ствах с различными интонациями. Тот, который спрашивает, может быть, не хочет... знать, который час, но он хочет, например, дать вам понять, что вы слишком засиделись и уже поздно. Или, напротив, вы ждете доктора, и каждая минута... дорога... необходимо искать подтекст каждой фразы». Беседы о Вахтангове. М.- Л., 1940. С. 140 (Баранов, с.42)

Имплицитная информация текста может быть  обязательной и факультативной: так, различные коннотации, культур­но обусловленные ассоциации слов, устойчивых словосочета­ний относятся к факультативной части содержания текста: они могут осознаваться  адресатом, а могут и оставаться неосознанными реципиентом.

Разграничение эксплицитной и имплицитной части се­мантики высказывания и текста, а в последней — обязатель­ной и факультативной информации существенно важно  для лингвистической экспертизы текста. Хотя, как указывает А.Н.Баранов,  никто этого специально не считал, но вполне очевидно, что имплицитная составляющая семантики языкового выражения су­щественно больше, чем эксплицитная.

Для лингвокриминалистике особенно существенно то, что не вся имплицитная часть семантики языковых выражений может быть интерпретирована как содержащая некие утверждения, а именно эта категория важна для анализа текста в лингвокриминалистике.

Эксплицитные утверждения – это утверждения, которые несут информацию, непосредственно  вытекающую из словарных значений употребленных в высказывании слов, то есть такие, содержание которых можно установить из поверхностной формы высказывания, непосредственно не проводя дополнительных смысловых преобразований (Баранов, с.41).

Имплицитные (скрытые) утверждения – это  такие утверждения, содержание которых выявля­ется на основе дополнительного осмысления  значения слов  и выраже­ний, входящих в высказывание,  с учетом  всего контекста  и ситуации употребления этого высказывания.

Имплицитная информация, как было отмечено А.Н.Барановым, может быть обязательной и факультативной, но, кроме этого важного противопоставления, есть еще одно: имплицитная информация может быть вербализуемой и невербализуемой.

Под вербализацией имеется в виду возможность воспроизведения скрытого смысла в виде высказывания,   содержащего   пропозицию,   которая   передает смысл импликации (Баранов, с.44).

Вполне воз­можна ситуация, когда нечто в имплицитной части семантики языкового выражения есть, но вербализовать это в явной форме невозможно. Типичный случай — использование некоторых при­емов речевого воздействия, например, приема «введения в оце­ночно окрашенный контекст или ассоциативный ряд» (см. под­робнее – Баранов,  § 1 главы 3 его книги). Так, известный лозунг Голосуй или проиграешь! предвыборной кампании Б. Ельцина сопровождался изоб­ражением   наручников   или  арестантской   куртки  в  непосред­ственной близости от слова проиграешь. Очевидно, что проигрыш в этом рекламном слогане интерпретировался как что-то явно «отрицательное», но необязательно имелось в виду реальное тюремное заключение. Это можно интерпретировать и как возможные ограничения гражданских свобод, и как полицейское государ­ство,   и   как  обобщенно   (даже   символически)   передаваемую идею опасности. Иными словами, негативный компонент со­держания присутствует, но точно вербализовать и выразить его суть невозможно.

Аналогичными свойствами обладает метафора: метафорические номинации могут влечь негативную оценку,  но и в этом случае часто точная вербализация негативной составляющей затруднена, ср. кличку Паша-мерседес одного из бывших министров обороны. Практически  невербализуемы  многие культурные ассоци­ации.

Сочетание указанных двух параметров — обязательность и факультативность, вербализуемость и невербализуемость — за­дает следующие возможные комбинации, характеризующие скрытую информацию (Баранов 2007):

Виды  скрытой информации (по А.Н.Баранову,  с.46)

 

Имплицитная информация

Вербализуемость

Невербализуемость

Обязательность

(i) Обязательная и вербализуемая информация

(ii) Обязательная и невербализуемая информация

Факультативность

(iii)  Факультативная

и вербализуемая информация

(iv)   Факультативная и  невербализуемая информация

 

Обязательная и вербализуемая информация

 

Данное обстоятельство (получение Международного сертификата системы качества – А.Б.) вызвало у нас непонимание: как может заранее несостоятельная строительная компания, зарекомендовавшая себя на строительном рынке недвижимости исключительно с отрицательной стороны, получить право на участие в тендерах (в том числе международных) на строительство гражданских объектов?

 

Эксплицитная информация:

1. компания получила сертификат качества, 2. автор спрашивает, как она смогла это сделать.

Имплицитная информация (она хорошо  осознается носителями языка, но ее нельзя признать эксплицитной:

1.       автор не согласен с присвоением компании сертификата;

2.       автор отрицательно относится к присвоению ей сертификата;

3.       осуждаемая компания является заранее несостоятельной;

4.       компания зарекомендовала себя с отрицательной стороны;

5.       отрицательно зарекомендовавшая компания не имеет права на участие в тендерах (Баранов, с.43).

 

Обязательная и невербализуемая информаци

Пример такой информации – приведенный выше лозунг  Голосуй или проиграешь! предвыборной кампании  Б. Ельцина (Баранов, с.45)

К числу феноменов, вводящих невербализуемую скрытую информацию, А.Н.Баранов относит также метафору,  намек, культурные ассоциации.

Факультативная и вербализуемая информация

А.Н.Баранов приводит пример:

…Были простимулированы соответствующие чины - и в октябре 1998 г. якобы по инициативе ФСНП появляется Ассоциация производителей и дистрибьюторов натурального спирта. Президентом Ассоциации становится Петр Семакин.

Выводится утверждение:  «Семакин чем-то, что не названо, заинтересовал чиновников ФСНП в том, чтобы  они выступили инициаторами создания подобного Союза».

Слово стимулировать можно воспринять как дать взятку, тогда это характеризует Семакина отрицательно, но однозначно восстановить, кто стимулировал, нельзя – может он, может его сотрудники, связанные с ним лица или еще кто-нибудь. Это информация необязательная, факультативная.

«…Следствия,   требующие длинной цепочки   вывода,   будут  располагаться   на   самых   глубинных слоях  плана содержания,  причем  даже  не  высказывания,  а текста в целом. Довольно высока вероятность, что такие след­ствия окажутся факультативными. …Факультативное следствие, т.е. необязательная, но верба­лизуемая имплицитная информация, хотя и имеет форму ут­верждения, не может рассматриваться в делах о защите чести и достоинства именно в силу своей факультативности.

…. Фа­культативные следствия непредсказуемо разнообразны, по­скольку не в последнюю очередь определяются моделью мира адресата, его ожиданиями и коммуникативными намерения­ми в данный конкретный момент времени. Они порождаются  в силу испорченности или, наоборот, благонравия адресата» ( Баранов, с.53)

 «Факультативные следствия, в которых представлена фа­культативная, но вербализуемая информация, близки по сво­им свойствам предположениям, …. Именно в этом смысле факультативные следствия  следу­ет рассматривать как аналоги выражения предположения (Баранов, с.55), но не утверждения.

Таким образом, делает вывод А.Н.Баранов, анализируемыми в  лингвистической экспертизе текста «скрытые, или имплицитные, утверждения должны быть обязательной и вербализуемой частью имплицит­ной части плана содержания языкового выражения» (Баранов, с.46-47), остальные виды имплицитной информации не могут быть основанием для выводов эксперта.

Рецептивные схемы

 идентификации  скрытого смысла  текста

На стадии  восприятия текста реципиент воспринимает языковые единицы органами чувств.

Восприятие  текста – это отражение языковых единиц органами чувств в сознании.

На стадии понимания текста реципиент идентифицирует  значения  воспринятых языковых единиц. Идентификация  значения представляет собой «узнавание» значения языковой единицы.

 Эксплицитная языковая информация реципиентом идентифицируется посредством  сопоставления воспринятых языковых единиц с образами языковой памяти – эти языковые единицы  опознаются реципиентом  как имеющие некоторое конкретное семантическое содержание, то есть отражающие определенную связь языковых единиц с действительностью.

 Значения языковых единиц извлекаются из языковой памяти, затем в языковом сознании осуществляется синтез смысла – увязывание  идентифицированных значений друг с другом в общий  смысл высказывания и текста в целом. Например, высказывание Мать брата моей жены ко мне хорошо относится после идентификации реципиентом значений всех слов увязывается в общий смысл Теща ко мне хорошо относится. Этим завершается этап понимания эксплицитной информации. Если реципиент не осуществляет синтеза смысла (а он может этого не сделать в силу самых разных причин – неумения, нежелания, незнания отдельных слов, усталости, наконец), высказывание остается воспринятым, но непонятым.

Однако в высказывании и  тексте  присутствует и имплицитная информация – скрытый смысл. Он тоже должен быть идентифицирован.

Имплицитная языковая информация извлекается из эксплицитной при помощи определенных ментальных (когнитивных) схем, представленных в готовом виде в языковом сознании носителя языка (Баранов с.452). Такие ментальные (когнитивные) схемы восприятия скрытого смысла текста удобно назвать рецептивными схемами, то есть присущими сознанию  людей схемами (моделями)  понимания.

Рецептивные схемы языкового сознания основаны на сформировавшемся в сознании этноса или отдельной социальной группы на базе когнитивного и языкового опыта носителей языка  понятии равнозначности  информации: некая информация, переданная определенным эксплицитным способом,  рассматривается языковым сознанием как равнозначная другой информации, которая в данном конкретном случае не выражена  вербально, эксплицитно.

Подобные схемы формируются в сознании человека с возрастом и опытом общения (ребенок до 12 лет, по данным онтолингвистики,  практически еще не имеет сформированных схем понимания скрытого смысла высказывания, он способен воспринимать лишь эксплицитную информацию).

Рецептивные схемы – принадлежность языкового сознания носителя языка. А.Н.Баранов указывает, что они должны повторяться, должны быть регулярно используемыми в обществе, чтобы служить носителям языка механизмом идентификации скрытого смысла.

Рассмотрим некоторые такие схемы, наиболее часто используемые авторами в  текстах, становящихся впоследствии предметом лингвистической экспертизы.

1. Сообщение об отказе кого-либо  от комментариев или участия в обсуждении какого-либо нарушения или происшествия равнозначно  сообщению о скрываемой лицом вине или причастности данного лица или организации к данному  нарушению или происшествию.

В офисе компании «Ваш ремонт», по слухам, изъяли финансовую документацию. Представители компании от каких-либо комментариев отказались.

2. Сообщение об имевшем место упоминании имени некоторого лица в связи с какими-либо событиями, нарушениями и происшествиями равнозначно  сообщению о причастности данного лица к указанным событиям, нарушениями и происшествиями ( рецептивная схема «Нет дыма без огня»).

Его имя упоминалось и в связи со скандалом в «Росатоме».

Его имя всплывало при расследовании происшествия с аварийной посадкой самолета.

3. Сообщение о правонарушениях друзей, соратников, сотрудников того или иного лица равнозначно сообщению о причастности  самого лица к аналогичным правонарушениям (рецептивная схема Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты).

Бывший сотрудник банкира Вадима Коренева  попался на спекуляциях ворованными акциями.

Охранником  у него работает некий Эдик, дважды судимый за разбой и хулиганство.

И. Кобзон, как говорят, был в дружеских отношениях с известным уголовным авторитетом А.Квантаришвили.

4. Сообщение о недоступности лица, учреждения для выяснения журналистами  подробностей некоторого негативного события равнозначна сообщению о стремлении лица или учреждения скрыть свою виновность в данном событии.

Мы пытались  дозвониться до фирмы «Сапсан»,  но их телефоны молчат.

Мы позвонили самому директору Семенову, но его телефон все время вне доступа.  

5. Сообщение  о недостаточной расследованности, неясности  относительно роли некоторого лица или организации в некоторой противоправной ситуации  равнозначно сообщению о связи данного лица или организации с противоправными действиями.

В.Хлыстова неоднократно обвиняли в отмывании денег. До сих пор неясна его роль и в афере с акциями «Водоканала».

6. Сообщение о фактах нарушения человеком некоторых норм равнозначно сообщению о ложности, недостоверности, неправомочности его слов, мнений, высказываний.

На чьих показаниях построена защита? На показаниях ранее судимого Семенова.

М.М.Жванецкий: «что может сказать умного человек, который не поменял паспорта?»

-Какое право вы имеете…

-А кто вас сюда пропустил? Как вы сюда прошли?

7. Утверждение, категорично противопоставляющее два факта, равнозначно утверждению о причинной связи между ними

12000 москвичей не могут получить места в детских садах

13000 детей иммигрантов ходят в детские сады в Москве

Мигранты вывозят из страны миллиарды рублей

Миллионы русских живут в бедности

8. Утверждение о том, что некоторое негативное событие произошло после  другого, равнозначно утверждению, что оно является следствием  предыдущего события (рецептивная схема «после того - значит вследствие того»). 

 Семенов ушел из офиса  последним. Утром в офисе обнаружили пропажу  принтера.

9. Побуждение к самостоятельному осмыслению приведенных негативных фактов равнозначно утверждению данного негативного  факта (рецептивная схема «Думайте сами….»)

Кто захватывает все должности, хлебные места, школы и детсады, где

звучат только фамилии на –нян? Думайте сами.

10.  Напоминание кому-либо, что некто имеет инструмент,  средство,  оружие, равнозначно призыву к их использованию   

Армия, помни, у тебя есть оружие!

11. Здравицы в честь людей, следующих некоторому призыву-лозунгу, равнозначны  призыву следовать этому призыву-лозунгу:

Да здравствуют люди, в груди которых один призыв звучит: «К оружию, товарищи!».

12.  Сообщение о  доступности чего-либо равнозначно призыву приобрести это

И не надо думать, что оружие у нас трудно купить. Оружие продается у нас уже чуть ли не на рынках, и при желании достать его не сможет только ленивый. …

13. Категорическое утверждение о наличии некоторого права равнозначно призыву воспользоваться этим правом.

Люди, у вас есть право на протест!

14. Утверждение  о возможности чего-либо для каждого равнозначно призыву к каждому реализовать эту возможность.

Необходима бескомпромиссная вооруженная борьба с этим государством, которую в состоянии вести каждый.

15. Утверждение о легкости изготовления, приобретения чего-либо равнозначно призыву изготовить, приобрести это.  

Любой отставной солдат, не будучи даже семи пядей во лбу, вполне в состояния в бытовых условиях собрать компактную бомбу, поставить растяжку или осуществить поджог.

16. Утверждение о необходимости что-либо уметь делать   равнозначно призыву научиться это делать

Всем мусульманам нужно уметь делать взрывчатку, также и различные  виды детонаторов, для того, чтобы в нужный момент суметь нанести ущерб и вред марионеткам иблиса (дьявола).

17. Утверждение о необходимости соблюдения некоторого правила  равнозначно призыву соблюдать это правило

Нужно уступать места старшим!

Необходимо соблюдать чистоту.

На переходе требуется внимание!

Надо убирать за собой на пикниках!

18. Вопрос о предполагаемой длительности или времени завершения  какого-либо совершаемого кем-либо в настоящее время действия  или занятия равнозначен призыву скорее завершить данное действие или занятие

Хочется задать вопрос руководителям  управляющей компании – когда же начнется ремонт крыши?

19. Вопрос о дальнейшей возможности переносить то или иное негативное  явление равнозначен призыву  предпринять действия, направленные на устранение этого явления.

Сколько можно терпеть унижения?

До каких пор мы будем подчиняться мошеннику и преступнику?

Перейти на вторую страницу доклада

Категория: Доклад с обсуждением на сайте | Добавил: KAA (28.11.2012)
Просмотров: 2449 | Рейтинг: 5.0/2